АЛЕКСАНДР ГОРОДНИЦКИЙ, "Впередсмотрящий"

1. Мы вернемся к тебе океан.
2. Вперед смотрящий.
3. Ах, не ревнуй меня:
4. Пристани пустые.
5. Остров Гваделупа.
6. Аэропорты 19 века.
7. Не женитесь поэты.
8. Владивосток.
9. Освенцим.
10. Второй Освенцим.
11. Свадьба.
12. Новелле Матвеевой.
13. Переделкино.
14. Любовница Блока.
15. Друзья и Враги.
16. Галилей.
17. Антигалилей.
18. Дуэль.
19. Марш хунвейбинов.
20. Жена французского посла
    
    Стихи, музыка, пение - А. Городницкий.
    Гитара - М. Столяр.
    Запись в ДК МАИ 1989 год.
    
    (Второй концерт-ретро 1965-70 годов)

В чем секрет популярности поющего поэта Александра Городницкого, поэта-романтика в наиболее известной части его песен? Успеха, казалось бы, совершенно необъяснимого во времена всеобщего прагматизма, диктуемого самими условиями нашего существования на грани двух эпох. Во времена, когда даже само слово "романтика" дискредитировано и высмеяно неоднократно. Дальние странствия, "где сырую соль комками сбрасывает с губ, океан"...

Казалось бы, суровая борьба на экономическом фронте требует от энергичных молодых людей совсем иного мужества, иных способов самоутверждения. Совсем не морская соль выбивает слезу из их глаз. Так почему же не ушли в прошлое песни Александра Городницкого, почему их слушают сейчас и поют? Быть может, потому, что мужество всегда мужество, и нет для него деления на "морское" и "сухопутное".И не важно какие стоят времена, есть иные закономерности нашего существования, не те, что лежат на поверхности. Душа всегда требует размаха, русской удали - и размышлений о времени и о себе. Неистребимо в нас это. Мальчикам всегда хочется стать настоящими мужчинами. И повидать мир. И показать себя. И разобраться самим в нашей многострадальной истории - хочешь, - не хочешь, а все мы из нее вышли. Но не стоит искать в песнях Александра Городницкого рассуждений, что правильно, что не правильно было, кто прав, кто виноват. Судить - занятие не для поэта, не царское, так сказать, это дело. Стихами и песнями движет любовь и ненависть. И пронзительно искренние песни Александра Городницкого говорят с нами на этом языке. Может быть, и не с нами - скорее, с собой. Поскольку только наедине с собой возможна такая искренность.

Быть может главный талант Александра Городницкого - талант сопереживания, горестного и точного, до отождествления себя с жертвой. А причин для сопереживания в настоящем и прошлом у нас хватает, и счет жертвам, увы, не окончен. "И лежат под камнями москали и поляки, а евреи - так вовсе нигде не лежат"... "По Освенциму ветер гуляет, и ромашки растут средь печей. Кто нам скажет, что нас ожидает, москвичей, москвичей, москвичей..." И гнев, и пронзительная печаль, и особое достоинство выбора - если уж суждено, то лучше жертвой, чем палачом. А иногда, убийственнее, чем гнев, ирония - как в "Марше Хунвейбинов": "Ведь недаром, конечно, нас учат вожди, что великое счастье за них умереть..."

Исторические песни Александра Городницкого имеют, пожалуй, не меньшее хождение, чем "бродяжьи". Трудно писать сейчас об истории. Все уже сказано, все - то мы знаем. Но история, возникающая в песнях Городницкого, и не история вовсе.. Герои его песен - люди, не отличимые от нас в своих страстях, печалях и надеждах. А действительность, жестокая и парадоксальная, одна для всех - и для нас, и для них. И свадьбой становится вещание в трагическом монологе Софьи Перовской: "Гремят на нашем празднестве, военные оркестры," - какой накал сопротивления и любви надо иметь, чтобы так сказать о казни. Талант сопереживания. А что народовольцы были исторически неправы, и много бед натворили, отвечая жестокостью на жестокость - не о том речь.

Казалось бы... Но, вслушиваясь в напряженный ритм этой, может быть, самой трагичной из песен Александра Городницкого, мы начинаем понимать их, неукротимых, запутавшихся в дебрях добра и зла - дай Бог нам не запутаться так же. У нас русских всего без меры - и территории, и любви, и ненависти. Земля вероятно, у нас такая. И вдруг увидится за любимой многими песней "Аэропорты девятнадцатого века" несчастный, неприкаянный, злой от желания любить Лермонтов - и наша русская извечная мечта о единении, пусть даже с гонителями. Тоска по доброте. И, как оборотная сторона медали, тоже извечная наша страсть к разъединению, раздору, междоусобицам, бескомпромиссным разборкам с братьями, с бывшими друзьями: "Обнажают реки весенние рубежи берегов. Начинается разделение на друзей и врагов. "Неизбежно как таянье снегов и это жестокое военное слово "рубежи", не оставляющее надежды.

Городницкий не льстит ни себе, ни слушателям. Он очень честен. Но он и не машет у нас перед носом нашими недостатками - да, мы вот такие! Каждое слово в его песнях прошло через сердце. Оно уже и не слово почти - чувство. "Лег под сердце осколок" - как сказано в одной из его песен. Жажда справедливости и доброты, потребность в прощении и понимании и любовь, конечно, достаточно несчастная, чтобы всегда стоять за плечом, ощущаться в тени, так сказать, за кадром: И поскольку все это есть и в нас - мы слушаем песни Александра Городницкого и сердца наши отзываются на боль его сердца.

Елена Щербакова